Иностранцы, впервые очарованные русской архитектурой, чаще всего сходятся во мнении: истинное величие кроется не в сталинском ампире или конструктивизме, а в изысканном великолепии императорских резиденций XVIII века. Журнал AD решил разделить этот трепетный восторг и вернуться к тем памятникам истории, которые заслуженно вызывают искреннее восхищение.
Земли на берегах реки Славянки «русский Гамлет», цесаревич Павел, получил от своей матери еще в 1770-е годы.
К 1784 году любимый архитектор Екатерины II Чарльз Камерон возвел для Павла дворец. После восшествия на престол будущий император несколько переделал постройку, обратившись за помощью к Винченцо Бренне. Этот прекрасный образец «русского палладианства» был наполнен бесценными предметами искусства, которые Павел привозил из своих многочисленных путешествий по Европе (он совершал их еще будучи великим князем).
Потолок Итальянского зала - первого в ряду парадных помещений второго этажа. Его окончательный облик сложился лишь к 1805 году, а над его созданием последовательно трудились Чарльз Камерон, Винченцо Бренна и Андрей Воронихин.
Помимо самого дворца, просто завораживает Павловский парк. В создании этого уникального ландшафта принимал участие знаменитый театральный художник Пьетро ди Готтардо Гонзаго.
Одна из жилых комнат - Угловая гостиная на первом этаже. Ее интерьер был создан в 1816 году по проекту Карло Росси и лишь слегка переделан в 1858-м.
Название Екатерининского дворца в Царском Селе часто вводит людей в заблуждение. Многие полагали, что он посвящен Екатерине Великой. Однако история показывает иное: первое здание здесь было заложено по приказу Екатерины I еще в 1717 году. Те стены, которые мы любуемся сегодня, возвел Бартоломео Франческо Растрелли в 1756 году, и предназначались они вовсе не для «Великой», а для императрицы Елизаветы Петровны.
Конечно же, Екатерина II внесла свои штрихи в декорацию дворца - для ее любимого внука Александра здесь обустроили несколько комнат в стиле ампир. Но в целом Екатерининский дворец, как внутри, так и снаружи, остается ликующим образцом барокко. Именно эта «натура» неизменно присутствует в исторических фильмах о России. Хотя стоит признать, что сегодня мы видим результат кропотливой реставрации, которая до сих пор продолжается во дворце, почти разрушенном во время Второй мировой войны.
Парадная Голубая гостиная Екатерининского дворца изначально входила в покои великого князя Павла Петровича (будущего императора Павла I). Ее интерьер был создан Чарльзом Камероном в 1780-е годы.
Многим известно, что Петергоф заложил Петр I, мечтавший о морской резиденции «западного типа» на берегу Финского залива. Однако мало кто осознает, что нынешний дворец практически не имеет отношения к первому русскому императору. Первоначальная постройка была сухой и скромной, как и все сооружения Петра, отличавшегося непритязательным вкусом.
Нынешнее великолепие - это заслуга его дочери Елизаветы. В период с 1745 по 1755 год ее любимый архитектор Растрелли перестроил Большой дворец. И действительно, он большой - его длина составляет двести шестьдесят восемь метров, - хотя и довольно узкий. Внутри расположено около тридцати залов. Особенно сильное впечатление на посетителей производит парадная лестница: огромная высота, обилие золоченой резьбы по дереву и аллегорические статуи времен года.
Но если быть честным, больше всего людей в Петергофе покоряют не интерьеры дворца, а знаменитый парк с его фонтанами. В центре композиции - самый эффектный «Самсон, разрывающий пасть льва», установленный в 1735 году в честь годовщины победы над Швецией при Полтаве (эта битва произошла в День святого Сампсона, а на гербе Швеции изображен лев).
Большой Гатчинский дворец - еще одно сооружение, появившееся по инициативе Екатерины II. В 1766 году она повелела Антонио Ринальди возвести здесь резиденцию для своего фаворита Григория Орлова. Дворец в стиле английского замка строился долго - вплоть до 1781 года.
В 1783 году Орлов умер, и Екатерина выкупила дворец себе в собственность, передав его великому князю Павлу Петровичу (можно только представить, как он обрадовался такому «с плеча» подарку от бывшего маманина любовника).
Наследник престола, к счастью, относился к Гатчине с теплотой. Когда завершение работ в Павловске дало ему свободные средства, он затеял перестройку силами Винченцо Бренны, снабдив когда-то суровую крепость изысканными ампирными интерьерами.
Ораниенбаум формально относится к Петергофу - это его конечная точка, за которой начинается море и Кронштадт. Изначально эти земли принадлежали Меншикову, но после его опалы царская семья забрала все во владение.
Самым знаменитым «постояльцем» Ораниенбаума стал Петр III - именно здесь он играл в солдатики с живыми рекрутами, невольно подстегивая слухи о своем якобы слабоумии. Петр был убит в 1762 году, и тогда же Екатерина начала строить себе собственную дачу в Ораниенбауме. Самой лучшей ее частью стал Китайский дворец. Автором проекта снова выступил Антонио Ринальди.
Построенный Антонио Ринальди в 1768 году, Китайский дворец является единственным в пригородах Петербурга образцом рококо. Его интерьеры - это блистательное упражнение в стиле шинуазри. И еще один важный факт: среди питерских пригородов только ораниенбаумские дворцы не были разрушены нацистами, то есть мы можем любоваться их подлинным обликом.
Единственный в нашей подборке московский дворец обладает поистине романтической и драматической историей. Как обычно, всё началось с Екатерины Великой: в 1775 году, совершая прогулку по окрестностям со своим очередным фаворитом Григорием Потемкиным, она пришла в восторг от живописной местности и решила построить здесь резиденцию. Проект поручили Василию Баженову - таланту, бунтарю и любимцу императрицы: он только что порадовал ее великолепными декорациями для празднования Кючук-Кайнарджийского мира.
Баженов заложил дворец в стиле английской готики, окружив его пейзажным парком. В архитектуре даже прослеживались мотивы декораций того самого праздника. Однако в июне 1785 года, после долгой и мучительной стройки, не совсем завершенное здание показали Екатерине - оно ей категорически не понравилось. Императрица пришла в ярость. Проект передали Матвею Казакову - не менее талантливому, но более дипломатичному архитектору. Тот также не успел завершить переделку - Екатерине расхотелось жить под Москвой. Так дворец и стоял в руинах до 2007 года, когда его наконец достроили - в общем и целом по проекту Казакова. Получилось нарядно, но, увы, спорно.